Seen through the media Вернуться к списку »

9 august 1993 12:55  новости интерфакса 

СУДЕБНАЯ РЕФОРМА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: МНЕНИЕ СПЕЦИАЛИСТА

Эксперты считают, что законодательная система, существовавшая в Российской Империи после проведения судебной реформы 1864 года, была одной из самых прогрессивных в мире. Затем - после Октября 1917 г. - наступил период так называемой "социалистической законности". Сейчас в России вновь проводится судебная реформа. Ее важным элементом является Закон РФ "Об альтернативном судопроизводстве", принятый на июльской сессии Верховного Совета, проект которого был предложен Б.Ельциным.

Одним из ведущих разработчиков этого Закона является начальник отдела судебной реформы и судопроизводства Государственного правового управления при президенте РФ СЕРГЕЙ ПАШИН . С ним беседует специальный корреспондент "Интерфакса" Наталья Капышина.

" ИФ ": Что нового вносит Закон в российское судопроизводство?

C . ПАШИН : Закон предусматривает три важных изменения в существующей системе. Первое - введение суда с участием трех профессиональных судей. Второе - очень существенное расширение компетенции единоличных судей для рассмотрения дел в связи с наиболее распространенными преступлениями - кражи и хулиганство при отягчающих обстоятельствах. И, наконец, третье - введение суда присяжных. Решение об этом было принято еще полтора года назад и тогда же зафиксировано 166- й статьей российской Конституции. Но до сих пор суд присяжных существовал только на бумаге.

" ИФ ": Сейчас в РФ сохраняется институт народных заседателей. Чем они отличаются от присяжных?

С.ПАШИН: Прежде всего отмечу, что с народными заседателями в судах положение сейчас катастрофическое - они не хотят выполнять свои обязанности. Отчасти потому, что от них мало что зависит, отчасти - потому, что бесплатно никто трудиться не желает. Правда, в последнее время в некоторых областях, в том числе в московской, попытались решить эту проблему. Главы местной администрации стали выделять примерно тысячу рублей в месяц каждому народному заседателю. Понятно, это мало что изменило.

Присяжные же по новому закону будут получать жалованье, соответствующее половине жалованья судьи - сейчас это примерно 70 тыс.рублей.

" ИФ ": Какая сумма потребуется на оплату присяжных по всей России?

С.ПАШИН : Для реализации закона, в том числе для оплаты присяжных заседателей, постановлением парламента РФ во втором полугодии 1993 г.

выделены средства в размере примерно 1,5 млрд. руб. В том числе минюсту РФ - 1,159 млрд. руб и генпрокуратуре - 356 миллиардов.

" ИФ ": Функции присяжных заседателей тоже отличаются от функций народных заседателей?

С . ПАШИН : Да, у них совершенно другая роль в суде. Присяжные решают только те вопросы, в которых могут быть компетентны как простые граждане: вопросы о конкретных фактах - о том, что было, а также определяют виновен ли в содеянном обвиняемый. Присяжные не выполняют никакой профессиональной работы - они являются голосом общества.

" ИФ ": Каким же образом предполагается выбирать этих людей?

С . ПАШИН : Набор присяжных будут производить главы администраций по "случайной выборке", используя для этого списки избирателей. Это такая же повинность, как, скажем, служба в армии или участие в военных сборах. Как правило, такое предложение не вызывает протестов. Есть статистика по другим странам, где существует суд присяжных. В США, например, отказываются быть присяжными примерно 12 процентов граждан. Из них не более 3 процентов реально уклоняются от этой обязанности. Люди понимают: быть присяжным - это возможность что-то значить. У нас цифра "отказников" будет, видимо, несколько больше. Это связано с общей апатией общества, неверием в возможные изменения, а также с необычностью такой работы.

" ИФ ": Какая ответственность предусмотрена Законом за отказ от участия в судебном разбирательстве?

С . ПАШИН : Отказ участвовать в работе суда присяжных влечет за собой административную ответственность: штраф в размере одной минимальной зарплаты, а в некоторых случаях - арест до 5 суток "за неуважение к суду".

Кроме того, оговорены обстоятельства, по которым человек не может быть присяжным заседателем. Это те, кто имеет судимость или признан судом недееспособным, а также лица моложе 25 лет. При этом граждане, достигшие семидесятилетнего возраста имеют право отказаться от участия в суде. Могут отказаться быть присяжными также судьи, прокуроры, следователи, нотариусы, священники, руководители органов представительной и исполнительной власти, военнослужащие, инвалиды...

" ИФ ": Каковы, на Ваш взгляд, основные преимущества суда присяжных?

С . ПАШИН : С моей точки зрения, суд присяжных - не самоцель, хотя он и предусмотрен концепцией судебной реформы и Конституцией. Этот суд нужен для того, чтобы преобразовать "неоинквизиционный" процесс, проводимый ныне в судах России, в состязательный. Это - обязательное условие демократии. Сейчас, в отсутствие суда присяжных, дело решает судья, то есть, человек, имеющий свои контакты и с местной властью, и с прокуратурой.

Кроме того, советский судья всегда очень слабо понимал разницу между обвиняемым и виновным. Сейчас необходимо создать новую структуру - суд присяжных - которая была бы привита к прежнему процессу судопроизводства и работала на его преобразование.

Вернемся к принципу состязательности. До сих пор его не могло быть - в российском суде судья в ходе процесса никогда не имеет перед собой дела - он как бы все знает. Прокурор, в свою очередь, может вообще не участвовать в процессе - судья фактически превращается и в обвинителя. А роль адвоката, по сути, сводится только к испрашиванию некоторого смягчения наказания - то, что для нормальной состязательной системы является далеко не первостепенной задачей, поскольку основной вопрос - это вопрос о виновности. Получается же так, что в российском суде он как бы уже заранее решен - раз идет процесс, значит - виноват.

Об этом говорит и такой факт: в последнее время суды в РФ стали оснащать клетками, куда помещают обвиняемых. А в США, например, обвиняемый, одетый в приличный костюм, сидит за столом рядом со своим защитником. И не сразу поймешь, кто из них адвокат. Это как бы иная логика.

Задача реформы в том, чтобы заставить стороны "разыгрывать" перед присяжными настоящий состязательных процесс. Доказывать им, что обвиняемый виновен. Если докажешь - они признают его виновным. Не докажешь - не признают.

" ИФ ": Предполагает ли новый закон расширение прав адвоката в судебном процессе?

С . ПАШИН : Я бы сказал, что у адвокатуры прав и сейчас достаточно.

Другое дело, что она этими правами боялась пользоваться - иногда ее "били по рукам".

Действующее в РФ законодательство не запрещает адвокату наводить справки самостоятельно. Закон предусматривает, что и защита может представлять доказательства в суд. Но реально адвокат этого не делает по двум причинам. Во-первых, потому, что на подобный розыск нужны деньги. А во-вторых, потому, что за такие действия защитника можно привлечь к ответственности, причем руками самой адвокатской коллегии.

Если в ходе процесса подсудимый начинает давать какие-то неожиданные показания, судья может решить, что это происходит под влиянием адвоката и обвинить последнего в "установочном поведении", направив частное определение в адрес адвокатской коллегии. Этого нет в законодательстве, но такая практика существует повсеместно.

С другой стороны, ниоткуда не следует, что коллегия адвокатов должна "брать под козырек". Однако российские адвокаты - тоже особым образом воспитанные юристы, которые как бы делают общее дело с судьями и обвинением, а не борются за истину.

" ИФ ": Наверное, дело не только в образовании, психологических и профессиональных установках, но и в несовершенном законодательстве?

С . ПАШИН : Безусловно. Нынешнее российское законодательство исходит из очень упрощенного представления о мире и о человеке. В отличие от стран Запада, в РФ практически не разработана теория и практика доказывания. То есть, если в США и других западных странах написаны многие тома о порядке представления доказательств, то в России есть об этом полтора десятка статей УПК /уголовно-процессуального кодекса/. Причем статей кратких и общих, позволяющих протаскивать в процесс то, что добыто незаконным путем.

Более того, закон об оперативно-розыскной деятельности даже предполагает, что в процесс будут включаться и такие вещи, которые добыты с явным нарушением закона. Там сказано, что материалы, добытые оперативно - розыскным путем, могут быть использованы как доказательства. А "оперативно - розыскной путь" - это агенты, это подсматривание, подслушивание и так далее.

Таким образом, разрешается использовать, например, видеосъемку, которая проводилась скрытой камерой. Имеющиеся в законодательстве формулировки настолько расплывчаты, что под них можно подогнать все что угодно, тем более, что практика ориентирована отнюдь не на то, чтобы выяснить, виновен человек, или нет. Мне известны дела, где такие доказательства использовалось на "законном основании". Таким образом, реформа и контрреформа идут параллельно.

" ИФ ": Какова практика американского судопроизводства в этом отношении?

С . ПАШИН : И в США, и в Великобритании подобные вещи разрешаются только с санкции судьи. При этом необходимо дать показания под присягой, что у следствия имеются веские основания полагать, что это даст результат. Без санкции судьи добытые таким путем улики не могут иметь доказательственного значения.

Более того, в этих странах существует порядок, который мы тоже вводим законом об альтернативном судопроизводстве - изучение судьей представляемых материалов и исключение недопустимых. Сейчас в приговоре может быть отмечено, что такое-то доказательство недопустимо. Однако оно уже оказало влияние на судью и народных заседателей. По новому же закону присяжные просто не должны получать недопустимых доказательств, и это принципиальный момент.

" ИФ ": При обсуждении законопроекта в Верховном Совете Генеральный прокурор РФ Валентин Степанков выступил против него. Как Вы считаете, в чем причина такой позиции?

С . ПАШИН : Генеральный прокурор понимает, что суд присяжных выявит недостатки работы прокуратуры, а их немало. Следствие ведется из рук вон плохо, каждое десятое дело направляется в прокуратуру на доследование.

Генпрокуратура снизила уровень борьбы с коррупцией: сейчас за взяточничество осуждается примерно в два с половиной раза меньше людей, чем в 1985 году. С судьей пока что можно обо всем договориться в кабинете. Присяжных же так просто не убедишь.

Аргументы, выдвинутые Генеральным прокурором, неубедительны, поскольку он приписал законопроекту то, чего там не было. Например, в своем выступлении Степанков утверждал, что статья 166 Конституции о суде присяжных не действует, потому что она приостановлена, но это не так.

Он, кроме того, заявил, что по законопроекту суд не сможет перейти с одной статьи на другую, более мягкую. Это также не соответствует действительности. Трудно согласиться и с таким мнением генпрокурора, что в условиях роста преступности лучше было бы позаботиться о прокурорах, а не о тех, кто нарушает закон. Вообще, я повторяю, репрессивный настрой в целом у нас очень силен.

Однако потом мы с В.Степанковым обо всем договорились...

" ИФ ": Меняется ли в соответствии с новым законом роль прокуратуры?

С . ПАШИН : Конечно. Состязательный процесс предполагает, что прокурор будет, во-первых, принимать участие в каждом процессе, где есть присяжный (я уже говорил, что сейчас присутствие прокурора в суде необязательно), во-вторых, ему придется состязаться с адвокатом. Это означает, что от прокурора будет многое зависеть. Если, например, он отказывается от обвинения, то дело прекращается. Сегодня, в условиях инквизиционного процесса, судья не может прекратить дело даже если прокурор снимает обвинение.

" ИФ ": Значит, новый закон расширяет права судей?

С . ПАШИН : Они не столько расширяются, сколько изменяются. Судья теперь не будет решать вопросов факта и виновности. Дело судьи - обеспечить надлежащий процессуальный порядок в ходе суда. Вердикт о виновности или невиновности, как уже было сказано, будут выносить присяжные заседатели. И обжаловать приговор суда присяжных можно только по формальным основаниям, то есть, если была нарушена процедура. Если же нет, то ниоткуда не следует, что те трое судей, которые будут пересматривать решение, умнее тех 12-ти человек, которые каждому свидетелю посмотрели в глаза. Таким образом, полагаю, российское правосудие становится более гуманным.

Вообще же говоря, считаю, что судебная реформа требует смены стереотипов. Именно по этой причине она порождает много противников. В этом смысле генпрокурор - просто человек, на котором сходятся разные тенденции. Эта реформа как бы ущемляет возможности прокуратуры, поскольку ее нынешний профессиональный уровень в целом не соответствует современным условиям.

Новый закон налагает новые обязанности на судей - им придется быстро и эффективно решать вопросы, которые они раньше никогда не решали: о допустимости доказательств, например. Возникнет необходимость напутствовать присяжных - а некоторые судьи публично говорить не умеют.

" ИФ ": И все же на недавнем съезде судей большинство поддержало альтернативное судопроизводство.

С . ПАШИН : Они осознали, что суд присяжных даст им опору на население. Ведь сейчас суды воспринимаются как костоломка - раз человек туда попал, значит его должны размолоть. Судьи заинтересованы в изменении отношения к судам, потому что статус судьи зависит от машины для подсчета голосов. Большинству из них раньше или позже придется проходить через выборы, так как принцип несменяемости распространяется только на незначительное количество судей.

Сейчас судейский корпус начинает понимать необходимость опоры на народ. Например, когда Верховный Совет внес поправку в закон о статусе судей, большинство из них утратило право несменяемости. Они призадумались: а вдруг завтра еще чего-нибудь поправят, а послезавтра еще? Скажут, к примеру: "Оклады у вас слишком большие". А потом мантии отберут... Без поддержки народа все, что им дали, могут отобрать.

" ИФ ": Давайте вернемся к суду присяжных. Когда и где появятся первые такие суды?

С . ПАШИН : С 1 ноября 1993 г. - в Московском, Саратовском, Рязанском, Ивановском облсудах и Ставропольском краевом суде. С 1 января 1994 г. - в Алтайском и Краснодарском краевых судах, Ульяновском и Ростовском облсудах. Это те области, которые сами захотели ввести у себя суды присяжных. Они должны послужить лабораторией для отработки нового вида судопроизводства. Затем Верховный суд издаст соответствующие разъяснения.

Кстати, уже определены члены Верховного суда, которые станут разбирать жалобы на суды присяжных. Но когда такие суды будут введены повсеместно - определит только практика.

" ИФ ": Судебная реформа в широком смысле касается не только альтернативного судопроизводства. Давайте поговорим о соотношении трех ветвей судебной власти и трех высших судов - Верховного, Высшего арбитражного и Конституционного. В последнее время появились сторонники их объединения в высший орган судебной власти, скажем, по типу Верховного Суда США. Таким образом, кстати, будет снижена роль Конституционного суда. В свое время Вы были одним из основных разработчиков закона о КС, и, конечно, интересно знать Ваше мнение.

С . ПАШИН : Конституционный суд задумывался и был создан как некое учреждение, которое не ущемляет ничьих прерогатив. Он занял нишу до этого пустующую. При этом КС на самом деле и не суд вовсе, а вспомогательный орган законодательной власти, который действует судоподобными средствами.

В отличие от других судов он имеет дело не с живыми людьми, а с абстракциями, именуемыми нормами. Если КС и принимает жалобу простого человека, то только в качестве сигнала для решения конституционного вопроса.

Что касается объединения трех высших судов в одну структуру, то не могу понять, что от этого реально изменится?. Ведь почему Верховный суд США имеет конституционные полномочия? Потому что, в отличие от нашего КС, он рассматривает конституционные вопросы применительно к конкретным делам. Поэтому считаю, что в наших условиях объединение не имеет смысла, или требует пересмотра сама концепция КС.

Правда, как разработчик закона о российском КС, должен отметить, что он впоследствии нарушил логику своей первоначальной концепции. Уже после принятия Закона РФ "О Конституционном суде", в Конституцию была внесена поправка - статья 165 прим, которую я бы сравнил с трещиной, расщепившей дерево при ударе молнии. (Эта статья расширила компетенцию КС, предоставив ему полномочия для рассмотрения дел о конституционности политических партий и разрешения споров между субъектами Федерации - "ИФ").

Теперь КС перестал быть судоподобным вспомогательным органом законодательной власти, и начал разбирать дела. Например, дело о КПСС.

Сейчас члены Конституционного суда превысили порог собственной работоспособности - они буквально завалены делами, причем в большинстве случаев разбирают дрязги. Нынешний КС - это забавный гибрид, который сам себя пожирает...

" ИФ ": Известный спор - должен или нет КС заниматься политикой?

С . ПАШИН : Нет, не должен. Конституционному суду не следует принимать к рассмотрению политические вопросы. Дело КПСС, например, или референдум в Татарстане, или наблюдательные советы на телевидении - все это, бесспорно, дела политические. Задача КС в том, чтобы утверждать конституционность, а не заниматься политикой.

" ИФ ": А кто должен решать политические вопросы?

С . ПАШИН : Политические вопросы могут быть решены только политическими средствами. Такой пример: после рассмотрения в КС дела о референдуме в Татарстане ( В соответствии с итогами плебисцита в этой республике в составе РФ, суверенный Татарстан устанавливает "особые отношения" с Москвой на основе разграничения полномочий и их взаимного делегирования - "ИФ") председатель КС Валерий Зорькин вдруг задумался: а что же делать дальше?

Он пригласил меня вместе с сотрудниками КС разрабатывать закон об ответственности за неисполнение решений Конституционного суда. В первом чтении этот закон был принят, его разослали на места и начисто о нем забыли. Это было полтора года назад. Кстати, и правильно поступили, что забыли, потому что поделать здесь ничего нельзя. Вмешательство правосудия в политическое дело чревато именно невозможностью исполнить решение судебными, то есть правовыми средствами. Можно, использовать силовые методы - ввести войска, например.

В данной ситуации КС нужно определенно заявить: "Мы - орган, занимающийся политическими вопросами". Но в таком случае надо иначе формировать его состав. Возможно это следует делать на представительной основе. Скажем, включить туда представителей субъектов Федерации, политических партий.

" ИФ ": И получится недеепособный орган из 200 или более человек?

С . ПАШИН : Можно, например, организовать его на принципах арбитражного суда - как некий пул судей, из которого конфликтующие стороны выбирают себе арбитра. Подход может быть разный, но в этом случае надо что-то менять. С другой стороны, раз уж избрали 13 судей КС в "личном качестве", пожизненно, до 65 лет во всяком случае - то надо было придерживаться моей первоначальной концепции. Но так не получилось текст-то я написал, а дальше все происходило по другому сценарию.

" ИФ ": Вы предполагали заранее, что так может быть?

С . ПАШИН : В общем, да. Хотя бы потому, что на самом деле судей отбирали не в "личном качестве", как положено по закону и как было предусмотрено, а в качестве представителей разных фракций в Верховном Совете. И они, естественно, принесли с собой в КС те ниточки, которые их связывают с парламентариями. Они шли в маленький парламент, а выяснилось, что это суд, и им стало тесно...

Хотя, наверно, это и нормально, может быть ничего иного в переходный период и нельзя было достичь.

" ИФ ": И сколько продлится этот переходный период?

С . ПАШИН : Не знаю. Как говорится, газон тогда хорош, когда его регулярно подстригали в течение трехсот лет. Судебная реформа в России, начавшаяся в 1864 году, длилась около тридцати лет. Это живой процесс.

Главная проблема мне видится не в нехватке материальных средств, а в отсутствии профессионализма и правового сознания. В этом смысле некоторые вещи нам придется открывать заново.

Не говорю уже о том, что такая реформа - это попытка воссоздать систему на принципах свободы, а это многим не нравится.

Вы не задумывались, почему в царской России присяжные могли осудить человека, - и по этому новому закону могут, - с минимальным перевесом голосов, то есть, например, семью голосами против пяти? А в США, скажем, для этого нужно единогласие. За этим стоит очень интересная вещь: мы всегда заботимся о правах большинства, а американцы - о правах меньшинства. То есть, для них один несогласный человек - это уже основание для отклонения обвинения, поскольку, по их логике, тем самым решение находится под разумным сомнением.

Не исключаю того, что и мы когда-нибудь придем к принципу единогласия, но пока в нашем новом законе заложен как бы психологический компромисс. Сперва судья инструктирует присяжных, говоря, что они должны прийти к единогласию, после чего просит их пройти в совещательную комнату. Но если они так и не смогут прийти к единому мнению, - а обсуждение должно продолжаться по меньшей мере три часа,- то судья открывает им тайну: они, оказывается могут принять решение большинством.

Или такой пример: в суде присяжных к подсудимому следует обращаться:

"господин такой-то". Российские судьи, привыкшие работать в командной системе, как правило, обращаются к подсудимому: "эй, ты". А теперь - нельзя, поскольку это может создать у присяжных впечатление предвзятости судьи. Он должен себя контролировать, рефлексию развивать. Так что суд присяжных - это еще и средство сделать людей другими, привить им вкус к работе в человеческих условиях.


Наверх